Путешествие в Благословенную Гавань или проклятье Камоэнса.

 

    «Ленка, а Ленка, - спросила я у своей подружки.  - А куда бы нам поехать на 8е марта?» Вопрос, ехать или нет вообще не стоял. «А давай в Лиссабон! Мы же там еще не были.»  И это был достойный повод.

Что я знаю о Лиссабоне? Да только то, что там жил Камоэнс.  А что я знаю о Камоэнсе? Да только то, что он жил в Лиссабоне, и у него не было глаза.

    Людочка. Вы очень страдаете?

     Хоботов. Как вам сказать... (Задумчиво.) «Воспоминанья горькие, вы снова врываетесь в моей опустелый дом...»

     Людочка. Это — вы сами?

     Хоботов. Нет. Это Камоэнс. Португальский поэт. Он уже умер.

     Людочка. Ах, боже мой!

     Хоботов. В шестнадцатом веке.

     Людочка. В шестнадцатом веке!

     Хоботов. Да, представляете. На редкость грустная биография. Сражался. Страдал. Потерял глаз. Впоследствии умер нищим.

     Людочка. Надо же! (Утирает слезы.)

     Хоботов. Боже, какая у вас душа.

     Людочка (с уважением). Сколько вы знаете... Вы профессор?

     Хоботов. Нет, я работаю в издательстве. Издаю зарубежных поэтов. Преимущественно романских. Но бывает — и англосаксов.

     Людочка. И все поэты — вот так?

     Хоботов. Почти. (с) «Покровские ворота».

 

    В Киеве было традиционно грязно, серо и кисло. И мне приснился Лиссабон: черепичные крыши, пальмы, много света, воздуха и воды. И океан. Как будто я стою на берегу и говорю кому-то: это океан, поэтому вода тут холодная, 18 градусов.

    Когда едешь куда-то с таким настроением, обычно тебя ожидает сокрушительное разочарование. И прогноз мне это разочарование щедро обещал: дожди каждый день. Но я подумала, что не может такого быть, вот просто не может быть дождей в Лиссабоне.  Так и случилось.

    Март в Лиссабоне – это еще официальная зима. Зима с цветами, зелеными деревьями, свежими овощами и фруктами. Дождь в зимнем лиссабонском марте – это 15 минут ливня, визжащие прохожие, весело запрыгивающие в старинный трамвайчик, и быстро исчезающие потоки воды. Такие дожди были, да. Во время такого дождя самое оно забежать в ближайшее кафе и со страшным акцентом попросить «кофи виз милк». Лиссабон  в сущности не кофейный город, здесь нет таких вычурных видов кофейных напитков, как в Вене или в Италии. Но зато здесь есть потрясающие белемские пирожные, которые нужно чем-то протолкнуть внутрь. И, о горе, эти пирожные продаются не только в Белеме, но и по всему городу.

    Белем (Вифлеем на португальском)  – это район Лиссабона,  из которого корабли португальцев отправлялись в дальние плаванья.  Он находится чуть поодаль центра города, но съездить туда нужно обязательно. Хотя бы потому, что  именно там похоронен Камоэнс. (Не будем про пирожные, как бездуховные свиньи).

   Как это часто случается с людьми, которых потом провозглашают иконами нации и тыкают им всюду памятники, Камоэнс при жизни был чморим и преследуем. Совершенно некстати он влюбился во фрейлину королевы, и ее семья добилась ссылки Камоэнса. Во время военной службы в Индии он потерял глаз и попал в кораблекрушение. Традиционно умер в бедности от чумы и похоронен в общей могиле. Но тут Камоэнса настигла  посмертная слава, его  (или не его) спешно раскопали и похоронили с почестями, а через триста лет перенесли в одно из самых красивых зданий Европы – монастырь Жеронимуш. Здесь у него не только достойное обрамление, но и компания подходящая – напротив похоронен Вашко да Гама.

    На этом месте Вашко да Гама  всю ночь молился перед отплытием в кругосветное путешествие, а монастырь построен на деньги от продажи специй.

    Монастырь Жеронимуш построен в стиле мануэлино. Это чисто португальский стиль, который отличается обилием изысканной  ажурной отделки, зачастую на морскую тематику, притом на этот стиль большое влияние оказали мавры, отиравшиеся в Лиссабоне около 400х лет.

                                   

    Как обычно, я оторвалась от экскурсии, чтобы пофотографировать и составить впечатление самой, без указок гида: посмотрите сюда и посмотрите туда. Поэтому, когда мы зашли собственно в собор, я завтыкала на удивительной красоты витые колонны и своды и прослушала, где же здесь Камоэнс. Я подошла к саркофагу и непочтительно  спросила у своих теток, жизнерадостно прикрыв себе правый  глаз ладонью: «А где Камоэнс?» Видимо, Камоэнс как-то это услышал и на следующий день мне отомстил соответствующим образом: когда я умывалась, то ткнула себе пальцем  в глаз и оставшиеся дни обозревала Лиссабон одним глазом и то в солнечных очках. Глаз, как вы понимаете, был правый. Как у Камоэнса.

    А пока еще, ничего не подозревая о ждущей меня незавидной судьбе, я пялилась двумя глазами на Белемскую башню и памятник первооткрывателям.

Башня, хоть и построена в том же легкомысленном мануэлинском стиле, на самом деле была серьезным оборонительным сооружением . Русло реки Тежу (на испанском Тахо)  изменилось, а раньше башня стояла на острове и из ее пушек можно было ловко палить прямо по ватерлинии вражеских кораблей.

Лиссабон вообще производит впечатление крайне легкомысленное. Состояние расслабона и праздника чувствуется тут даже сильнее, чем в Барселоне. Вот и сейчас планировался какой-то карнавал, поэтому по городу бродило огромное количество детишек, наряженных самым странным образом, повсюду пили, пели, а потом и вовсе устроили карнавальное шествие.

Неподалеку от Белемской башни находится памятник первооткрывателям. Памятник современный, но очень выразительный. Построен он в виде огромной каравеллы, по бокам которой, во главе с принцем Энрике, он же Генрих-Мореплаватель, несущим в руках модель каравеллы, поднимаются рыцари, мореплаватели и священники, притом это 32 реальных исторических лица. Генрих-Мореплаватель на самом деле никуда не плавал, но ему в голову пришла совершенно гениальная мысль открыть школу для мореплавателей и пригласить в Португалию мастеров из разных стран, что через некоторое время сделало Португалию одной из самых богатых европейских стран.

 

Как я уже говорила, Белем находится немного в отдалении от  старого города.  В Лиссабоне есть старый город и самый старый город.

 

На холме посреди самого старого города стоит замок св. Георгия. Окружают его старинные кварталы Алфама и Моурария – районы, где раньше жили мавры. А вообще кого здесь только не было. По одной из теорий, здесь был финикийский порт, и финикийцы называли это место «Благословенной гаванью» - «Alis Ubbo». А еще есть легенда, что город основал Одиссей по дороге домой. Куда его, беднягу, только не заносило. Римляне, конечно, здесь тоже были, а где их не было? После них воцарился бардак, свевы и ветготы, после которых настал относительный порядок с приходом арабов (мавров). Через почти четыреста лет их отсюда вышибли, причем замок осаждали 4 месяца. Какое-то время наглые и жадные испанцы пытались подгрести португасов под себя, но быстро и конкретно получили люлей.

Алфама и Моурария  наиболее хорошо сохранились после землетрясения 1755 года. Белем тоже не очень пострадал, но весь остальной город был практически разрушен. За восстановление города взялся совершенно гениальный маркиз де Помбал. Отстраивать, так уж на совесть, решил маркиз и стал планировать город с широкими параллельными улицами и сейсмоустойчивыми домами. На вопрос «а зачем нам такие широкие улицы?» маркиз ответил, что когда-нибудь они станут узкими. А для проверки сейсмоустойчивости заставлял солдат маршировать вокруг зданий в ногу.  Квартал Байша-Шиаду – это целиком дело рук Маркиза де Помбаля. Именно этот квартал мы и увидели первым, когда вышли из метро на площади угадайте кого. Конечно же, Камоэнса.

 

В Байше огромное количество магазинчиков и кафешек, гулять здесь легко и приятно. Если пройти по центральной улице Рю Августа, то через триумфальную арку  попадешь на огромную площадь  Коммерции с памятником королю Жозе № хрен знает какой. С португальскими королями у меня совсем не заладилось. Эти Жозе и Педры напоминали мне о мексиканских и венесуэльских сериалах. С площади открывается красивый вид на мост 25 апреля и статую Христа на другом берегу Тежу.

 

 

Самая красивая площадь Байши – площадь Россиу с фонтанами, театром и памятником королю Педру, порядковый номер мне неизвестен. Здесь происходит всяческая городская тусня и веселье. И здесь меня в последний день настиг второй акт проклятья Камоэнса. Мы с тетками разделились. Они отправились на шопинг, а я – в океанариум. Встретиться мы должны были в  ресторанчике около площади, но я никак не могла туда пробраться, потому что португасы устроили карнавальное шествие, все было перегорожено и запружено толпами людей. А когда я смогла прорваться через толпу, оказалось, что меня настиг такой приступ  топографического кретинизма, что я начисто забыла, где ресторанчик. Так и ела рыбу в одиночестве, напрасно стараясь объяснить официанту, что мне нужна соль.

Неподалеку от площади находится одноименный вокзал, стилизованный под мануэлино. Фасад украшает фигура юного короля Себаштиана. Как ни удивительно, но это любимый король португальцев. Во всех несчастьях Себаштиана виноваты его романтическое воображение и Камоэнс, куда ж без него. Чем больше всего знаменит Камоэнс? Он написал колоссальный патриотический эпос «Лузиада», о становлении Португалии как графства, а потом и королевства. Народность, которая в то время здесь проживала, именовалась лузитанами.  Начитавшись о военных подвигах предков, пылкий король Себаштиан собрал приличное войско и отправился мочить недобитых мавров. Таковые в то время имелись только в Африке, на Иберийском полуострове их не осталось. С тех пор его никто не видел, потому что в битве он пропал без вести. Но португальцы считают, что когда-нибудь в особо тяжелый период истории король Себаштиан вернется и всех спасет. Особо циничные любят шутить, что приедет он на поезде. Прям на вокзал Россиу.

Недалеко от площади находится старинный лифт-подъемник, поднявшись на котором попадаешь в квартал Байру-Альту и выходишь прямо к развалинам монастыря, где сейчас исторический музей. Монастырь специально не стали восстанавливать после землетрясения, его слегка обугленные, но целые и очень красивые арки по-прежнему выглядят величественно.

 

Одна из самых красивых церквей города находится  в этом же районе. Недалеко от площади Россиу есть исторический подъемник Глория, на котором можно подняться на одну из многочисленных смотровых площадок Лиссабона, а оттуда же и до церкви святого Роха недалеко. Святой Рох – защитник от чумы, поэтому в любом приличном городе есть посвященная ему церква. Лиссабонская внешне совершенно непримечательна, можно мимо пройти и не заметить. Но внутри.. По бохатству отдыхают даже наши православные соборы и римские базилики.

       

Лиссабон - это город не на семи холмах, а на ста пятидесяти семи. Некоторые улочки такие узкие и так резко карабкаются вверх, что никакой транспорт там не проедет. Поэтому много всяких подъемников и фуникулеров.

Если хотите увидеть самый старый город, то нужно пробираться поближе к замку, в кварталы Алфама и Моурария.  Узкие улочки, дома, фасады которых целиком покрыты местной расписанной плиткой азулежу, маленькие дворики с цитрусовыми деревьями,  развешанное белье. Лиссабонцы считают, что белье должно обязательно  сушиться на улице, даже если это труселя 60го размера.

Тут можно просто гулять или покататься на историческом трамвайчике.

 

                   

 

Самый главный собор Лиссабона Се находится тут же. Выглядит он очень скромно по сравнению с его готическими собратьями в других европейских городах. Дело в том, что после землетрясения собор реконструировали именно в том виде, в котором он строился – романском. Он больше похож на укрепленный замок, чем на собор. В сам замок мы даже не пошли – очередь там была в лучших туристических традициях.

Если сесть на трамвай и ехать долго-долго, можно добраться до базилики Эштрелла (Звезда) и садов Эштрелла с прудиками, рыбками и утками, где очень любят гулять лиссабонцы.

           

А если сесть на поезд на вокзале Россиу, то можно добраться до одного из красивейших городов Португалии – Синтры. Синтра была излюбленной королевской резиденцией, так что там не только королевские дворцы, но и всякие интересные виллы. К сожалению, у нас было время только на самый наркоманский дворец – Пена.

Но сначала нам предстояло проехать через Горы Луны к самому краю земли.

Горы Луны – это еще древнеримское название горного хребта,  который окружает Синтру. Считалось, что здесь существуют древние культы солнца и луны. В общем, место загадочное и мистическое.

Мыс Рока (скалы) – самая западная точка Европы. Здесь я первый раз увидела океан. Было очень странно сознавать, что за всей этой водой – Америка. На мысе было ветрено, очень солнечно и пахло крокусами. Хотелось просто сесть и втыкнуть. Наверное, втыкать в таком месте можно часами.

Но если вы с экскурсией, то хрен тебе кто даст втыкнуть, попить кофе или, раззявив рот, обозревать окрестности.

Впрочем, можно быстренько забежать в маленький беленький домик и сделать за скромную плату сертификат о том, что ты побывал в самой западной точке Европы.

 

Дворец Пена в Синтре по праву может претендовать за звание одного из самых странных  архитектурных сооружений, которые я видела. И это неудивительно, ведь строительство было организовано Фердинандом фон Саксен-Кобург-Готом, который приходился родственником Людвигу Баварскому, тому самому, который построил сказочный замок Нойшванштайн. Видимо, в детстве им читали одни и те же сказки, только сказки, которые читали Фердинанду, были явно с мавританским уклоном. Дворец Пена – эта самая безумная эклектика, которую только  можно себе представить: тут тебе и готика, и мудехар, и мавританский стиль, и мануэлино. Такая себе смесь из рыцарского замка и дворца из 1001 ночи. И все это веселенького розового, желтого и фиолетового цвета.

 

Означенный Фердинанд был мужем португальской королевы Марии II, на которой закончилась древняя португальская династия королей -  Браганса. Народ очень любил эту пару и хорошо относился и к Фердинанду даже после смерти королевы. А уж Фердинанд оттопыривался – женился на оперной певице и всю жизнь строил свой сказочный замок.

                           

 

Одним из самых красивых зданий в Лиссабоне считается дворец маркизов Фронтейра. Впрочем, по сравнению с другими вычурными замками и усадьбами с фасада он может показаться заурядным, но это пока вы не видели парк. Строго говоря, возле дворца два парка: верхний (сад Венеры) и нижний. В верхнем растут растения, привезенные из Бразилии, но самое красивое здесь – это терраса дворца. Здесь можно наконец-то увидеть, что такое настоящее азулежу. Это не просто плитка, разрисованная узорами, тут из плитки составлены целые сцены и портреты. На террасе фантазия архитектора работала в полную силу: тут и музы, и человеческие чувства, и статуи древнегреческих богов и героев, и портреты римских императоров. А в конце террасы – маленькая часовня и гротик, узоры в котором составлены из осколков посуды. Семейное предание гласит, что однажды к маркизам на ужин приехала королева Португалии, а после нее никто не мог есть из той же посуды. Пришлось все переколошматить. А чтоб добру не пропадать, сделали гротик.

Из верхнего парка можно по галерее королей попасть в нижний парк – в лучших традициях англичанского садоводства. Но галерея, украшенная бело-голубой плиткой и пруд с лебедями придают парку совсем другой колорит.

И над всем этим бело-голубым – розовые цветы персидской сирени.

Честно говоря, этот маленький дворец потряс мое воображение намного больше, чем многие замки и дворцы, которые я видела.

Самая замечательная комната замка – маленькая библиотека, заставленная стеллажами со старинными книгами, и с окнами, выходящими в нижний парк. Здесь просто хочется остаться жить. Но кто ж мне даст? Маркизы Фронтейра до сих пор живут во дворце.

Во дворец можно попасть только с экскурсией, притом проводится она всего два раза в день и по определенным дням, и экскурсовод на русском не говоритJ

                       

Надо сказать, что в Лиссабоне, в отличие от многих европейских городов, есть чем заняться вечерами. Потому что в отличие от уныло-гамнястой Вены и такой же по вечерам Венеции здесь по вечерам все работает. Притом не только всякие кабаки и прочие увеселительные заведения, но и торговые центры. А шопинг в Лиссабоне заслуживает отдельного рассказа. Обязательно стоит сходить в какой-нибудь большущий супермаркет. Хотя бы на экскурсию.  Выбор еды потрясает даже воображение москвичей, что уж говорить о гражданах из других городов J

Одно из таких торгово-развлекательных мест – Экспо – комплекс, построенный для одноименной выставки. А теперь там огромный торговый центр Вашко да Гама, океанариум, канатная дорога, один из самых длинных мостов в мире – мост Вашко да Гама и куча других интересных вещей.

            

 

Когда мои тетки в последний день продолжили обносить магазины Лиссабона (а от них и правда тяжело оторваться), я поехала сюда, в океанариум. Рыбки, пингвины, каланы, осьминоги, жабы, в общем все, чего душа пожелает. Можно сесть  прямо на пол и медитировать. Меня буквально загиптотизировала огромная пучеглазая рыба. Мы с ней минут пять друг на друга смотрели. И даже ртами, по-моему, одинаково делали. В океанариуме я первый раз в жизни увидела каланов: они действительно плавают на спине и выглядят еще круче, чем на фото. Два часа, вырванных из жизни. Другого мира не существует: только я, рыбки, каланы и пингвины. Луп-луп друг на друга.

 

Когда я вышла на улицу, шел небольшой дождь, а океан был свинцово-серый. На канатной дороге никто не катался. А я боюсь высоты. Но я все же влезла одна в кабинку и полетела над океаном, распевая во все горло: «Все выше, и выше, и вышеее!» И было, между прочим, совсем не страшно. И одним глазом все отлично видно. Привет Камоэнсу!